Что же. Садилась я писать эту рецензию перекрестясь, уповая на Бога и на остатки своего здравого смысла. Рецензировать Стругацких – дело опасное, тяжелое и неоднозначное. О них было сказано слишком много, чтобы высказывать личное мнение неаккуратно и необдуманно. Но, тем не менее, я взяла на себя труд рецензирования особенного произведение Аркадия и Бориса Стругацких «Понедельник начинается в субботу».
В рецензиях, как всем известно, принято разбирать произведение на составляющие и давать каждой из них определенную оценку. Эту повесть расчленять, даже профессионально, мои критиканские ручки не поднимутся. Все, что можно сказать о ней:
Если мои дети спросят меня, что такое хорошо, а что такое плохо, то я без тени сомнений скажу, показывая томик с повестью «Понедельник начинается в субботу»:
– Вот это - хорошо.
Хороша манера изложения – легкая, ненавязчивая, на своих крыльях она переносит читателя за границы сказочного мира. В нем оживают повседневные заботы и тревоги, радости и мечты, преломляются гранями волшебства, становясь ярче и реальнее, чем когда бы то ни было до этого. Именно на этом произведении взросла целая плеяда современных фантастов.
Хороша идея - в мире каждый может стать магом и волшебником в своем деле, если ему будут сопутствовать вдохновение и упорная вера в лучшее. Не имея сюжета как такового, Стругацкие создали ситуативную сценическую мозаику, пронизанную светлой, доброй атмосферой. Над «Понедельником» можно и посмеяться и погрустить. Юмор строится на том, что люди, даже грандиозные маги, зачастую забавны в своих стремлениях и желаниях.
Горсть сарказма досталась хозяйственному бюрократу Модесту Матвеевичу и старому вралю и горе-предстаказателю Мерлину. Капля иронии добавлена к портретам других персонажей: резкого и ядовитого Кристобальда Хунты, благожелательного Федора Симеоновича, младших научных сотрудников. Нельзя оставить без внимания один из ярчайших образов – Амвросия Выбегалло, лжеученого, от «звездной плеяды» которых так пострадала советская наука в свое время.
А грусть… Она сворачивается змейкой в сердце от того, что уже никогда мы не будем такими, как герои этой книги – чистыми, вдохновленными, верящими в успех своего дела. Нас одолевают сомнения, страхи, неуверенность. Мы не надеемся на дружбу и привязанность. Уже нет в наших сердцах этого классического «один за всех, и все за одного», и никакие корпоративные тренинги не вернут нам эту веру в человечность и человечество. В повести Стругацкие передали настроение миллионов, зафиксировали его не формалином, а янтарной смолой. Создали не бездушный консервант, а драгоценное украшение. Глядя на него, мы заглядываем в сердце той эпохи. И, не наверняка, но может быть, кто-то прочтет в нем те самые, нужные строки, от которых в душе проснется вдохновенный огонь и осыплется опостылевшая шерсть с ушей.
Цитата: "А чем вы занимаетесь?" - Спросил я. "Как и вся наука, - сказал горбоносый. - Счастьем человеческим". - "Понятно, - сказал я. - Что-нибудь с космосом?" - "И с космосом тоже", - сказал горбоносый. "От добра добра не ищут", - сказал я. "Столичный город и приличная зарплата", - сказал бородатый негромко, но я услышал. "Не надо, - сказал я. - Не надо мерить на деньги". - "Да нет, я пошутил", - сказал бородатый. "Это он так шутит, - сказал горбоносый. - Интереснее, чем у нас, вам нигде не будет".
М
